Авторы: Врайтов О.

Едем на подстанцию. Время обеденное. Наверняка сейчас в какой-нибудь фирмепо продаже сотовых телефонов захлопывают дверь, вещают табличку «Закрыто», достают из холодильника принесенные из дома бутерброды. И заживо загрызут любого, кто посягнет на течение священнодействия процесса питания.  Им можно. От того, на час или на два позже они продадут очередную сверкающуюхромом мобильную игрушку, не зависит человеческая жизнь. Странно - а ведь получают они куда больше нашего. Наша месячная зарплата - это их трёхдневная. И зачастую так обидно становится, что те люди, работа которых не так тяжела, ответственность перед обществом не так велика, а зарплата – выше наших самых смелых ожиданий, имеют законное право на обед. А мы – не имеем, получается. Нет у нас в расписании обеда с двух до трех. Есть возможность «осуществления питания в свободное от вызовов время». А если нет такого времени?


Положив голову на локоть, упертый в окошко переборки, слушаю рацию.

- «Ромашка», ответьте десятой!

- Слушаем вас, десятая.

- Мы свободны на Целинной.

- Запишите вызов - Лесная, дом восемнадцать, квартира сорок шесть, тамсемьдесят один год, «плохо».

- С заездом на станцию можно?

- Нет, «десятка», вызовов много.

- Вас поняли.


Вот так.

Ругнешься разве что про себя. «Десятка» поехала на очередное «плохо».  

А плохо, скорее всего, бесчисленной по счету бабушке с приступомартериальной гипертензии, у которой кончились таблетки. Или она таблеткам просто не доверяет, а верит исключительно во внутривенные инъекции. Или участковый врач, как часто они делают, сказал ритуальную фразу: «Будет плохо - вызывайте «скорую». И вместо обеда бригада сейчас будет ломиться сквозь пробки на улицу Лесную, чтобы минимум сорок минут провозиться с этой бабушкой, угрохав все это время на выслушивание ее жалоб, снятие основной иконтрольной ЭКГ[6], ковыряние в ее заросших жиром руках в поисках ломких ибегающих вен, назначение лекарственных препаратов, которые необходимо приобрести, и схемы их приема. При этом зная, что ничего бабуля, конечно,покупать не будет - больно хлопотно и дорого. В следующий раз она снова вызовет «скорую». Так ей удобнее.

- Бригада восемнадцать, ответьте «Ромашке».

- Отвечаем!

- Вы где находитесь?

- Везем больного в нейрохирургию.

- Работайте быстрее. У вас меньше всех вызовов.

- Как умеем, так и работаем, «Ромашка»!

- Отзвонитесь из нейрохирургии.


А может, восемнадцатая больного давно уже сдала и стоит, сейчас,спрятавшись где-нибудь за углом, а врач с фельдшером торопливо жуют прихваченные с собой со станции пирожки, или купленные в ларьке рогалики. Как воры, прячутся, от своих же бригад и от идейно озабоченных доброжелателей, которым сам вид праздно стоящей машины "скорой помощи" кажется оскорбительным. Ведь где-то же люди в этот момент умирают! А мы стоим, банально жрём, вместо того, чтобы сломя голову мчаться и  всех подряд спасать! В первые годы работы в ответ на реплики таких вот товарищей мне хотелось схватить их за шевелюру и как следует приложить головой обо что-нибудь твердое и угловатое, пока оно не станет красного цвета. Ведь ни один же из таких вот доброхотов, вызывающих бригаду к лежащему на улице бомжу, елозящему в собственном дерьме и рвотных массах, не подойдет к немусам. Зачем, ведь испачкаться можно! Гораздо проще делать добро чужими руками.

- «Ромашка», ответьте пятой!

- Слушаем вас, «пятерка».

- Маша, у нас тут конфликтная ситуация! Тут во дворе труп, нас не выпускают родственники! У водителя отобрали ключи, угрожают избить!

- Сколько их?

- Много, все нерусские! И труп - тоже!

- Ясно, «пятерка», сейчас позвоним в милицию.

- Машенька, побыстрее! Они пьяные, с ними невозможно разговаривать! Орут!

- Дарья Сергеевна, сейчас сообщу! Бога ради, будьте там поспокойнее! Не провоцируйте!


Вот так. Людская благодарность, мать её ети. Я слышал, как злосчастной «пятерке» этот вызов передавали по рации. Повод к вызову - «посинел». Здоровые и живые люди, как правило, не синеют. Это значит только одно - они нашли эту пьянь уже тогда, когда наступило трупное окоченение, но вместо милиции вызвали «скорую». И сейчас друг перед другом играют в скорбящую родню. А местом приложения этого пьяного артистизма является наша бригада.

- Бригада семь, ответьте «Ромашке»!

- Отвечаем.

- «Семерочка», там нашу пятую бригаду на Горной не выпускают родственники.Милиция обещалась быть не раньше, чем через час.

- Слышали по рации, «Ромашка». Нам ехать туда?

- Да, сгладьте там ситуацию, как сможете. Там девчонки одни с кучей пьяных мужиков!

- Вас поняли, «Ромашка». Едем.


Милиция обещалась через час. Это значит, что раньше, чем черед два - три часа их можно не ждать - проверено. А ведь только вид человека в форме деморализует пьяных дебоширов. На «семерке» вся смена сегодня - молодые крепкие ребята, да только что они могут? Если будет драка, мы же ещё и окажемся виноваты. Закон не защищает медиков так, как правоохранительные структуры. Это если на милиционера при исполнении напал, то сразу статья, громадный штраф или срок. А в нашем случае все оформляется как «бытовуха», более того, на нас вполне могут подать в суд. Мол, не оказали помощь, допустили смерть, «а что очки товарищу разбили», так это все только в состоянии аффекта и горя безвременной утраты. И не в коем случае не в пьяном угаре.

- «Ромашка», ответьте двенадцатой!

- Слушаем, один - два.

- У нас тут ДТП, четверо пострадавших, пришлите кого-нибудь для транспортировки.

- Скольких сможете взять?

- Все четверо тяжелые, возьмём двоих.

- Секунду, один - два. Бригада девять, бригада четырнадцать, ответьте «Ромашке».


Все, пообедали. Я молча протягиваю Валерке и Офелии по пакетику сухариков. Врач устало берет в руку рацию.

- Бригада четырнадцать слушает!

опубликовано 24/06/2011 10:20
обновлено 23/03/2017
Художественная литература

Комментарии

Для того чтобы оставить комментарий, пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Скачивайте наши приложения