Авторы: Нестеренко Сергей

Действительно ли наши врачи — самые лучшие в мире, в чем нас убеждали в течение всего периода обучения? Действительно ли у нас есть наиболее важная предпосылка для появления таких специалистов — самое лучшее медицинское образование?

Поводом к написанию этого поста стал обмен мнениями в «Фейсбуке», когда один очень приятный человек, врач по образованию, написал о другом очень известном враче: «Мне нравятся все его мысли, кроме взглядов на вакцинацию и гомеопатию». Главное, что меня огорчило, — это любительский уровень дискуссии на столь «противоречивые» темы. Хотелось, чтобы два врача могли обсуждать их, опираясь не на эмоции, а на логику и научные данные. Этот (один из многих) пример является своеобразным приговором нашей системе медицинского образования.

***

В течение шестого года обучения в Медицинской академии я имел возможность три месяца стажироваться в Школе медицины и стоматологии Университета Рочестера, штат Нью-Йорк, США. Сравнивая свои теоретические знания и практические навыки с аналогичными у американских студентов третьего курса, я сразу отметил существенные различия в уровне подготовки. Как ни прискорбно это признавать, сравнение было не в мою пользу.

Я уверен, что такой результат закономерен и объясняется принципиальными различиями, которые заложены в самой философии медицинского образования. Как минимум два фактора позволяют американцам достигать более высоких результатов в подготовке:
- внимание к практическим клиническим навыкам;
- упор на важности именно доказательной медицины в принятии клинических решений.

Практические навыки

В отличие от украинских медицинских школ, где контакт с пациентами неуверенно начинается с пропедевтики внутренних болезней на третьем курсе и так же неуверенно продолжается до самого выпуска, американские студенты впервые сталкиваются с реальными клиническими ситуациями на втором курсе. Начиная с третьего года (напомню, что медицинская школа занимает всего четыре года) большую часть своего времени они проводят на этажах больницы, работая как неотъемлемая часть лечебной команды. О такой организации обучения я писал в предыдущей статье.

Студенты не делают реальных назначений, влияющих на лечение пациентов. Однако они учатся клиническому обследованию, использованию дополнительных методов и формулировке плана лечения, их непрерывно проверяют резиденты и ординаторы. Раз или два раза в неделю у них бывают лекции и практические занятия, затем они работают в хирургических лабораториях и сразу могут видеть, как эти новые знания используются на практике.

Благодаря такой интегрированности теории и практики американские врачи даже не могут представить, как в начале резидентуры первым наставлением от ординатора может быть что-то вроде «Теперь забудьте все, чему вас учили в институте. Настоящая жизнь — это совсем другое». Признайтесь, мои украинские коллеги, ведь вам лично приходилось слышать такой совет?

Роль доказательной медицины

А теперь я позволю себе напомнить о роли доказательного метода в клинической медицине. Он позволяет выработать рекомендации для лечения, основанные на результатах объективных исследований, а не только собственного опыта врача. Доказательная медицина выделяет пять уровней рекомендаций, среди которых собственный опыт является самым низшим. Она не отрицает важности опыта, но рекомендует использовать самый высокий из имеющихся уровней.

Какое влияние имеет доказательная медицина на обучение американских студентов-медиков? Прежде всего, кроме простой подачи знаний, медицинская школа показывает, каким образом эти знания были получены. Наряду с учебниками студентов поощряют к использованию государственного американского ресурса ПабМед и полных текстов оригинальных статей в научных журналах. Они учатся находить и использовать надежные источники информации и критически оценивать качество исследований — навыкам, которые будут помогать им в течение всей их профессиональной.

Вооруженные этими знаниями, в дискуссии о влиянии иммунизации они ссылаются на научные статьи по этой теме. При планировании операции или выборе лечения они будут искать последние рекомендации профессиональных организаций. Таким образом создается среда, где каждый врач чувствует себя частью большой научной общественности, в которой он — непосредственный участник. Даже если он лично не проводит исследования, а использует их результаты для принятия клинических решений.

***

Американская система медицинского образования не идеальна. В этом меняющемся мире вряд ли что-то вообще может быть идеальным. Но она очень мобильна — быстро приспосабливается к требованиям современной медицины. Именно этот аспект должен наследоваться украинским медицинским образованием.

Пока наши врачи не почувствуют важность использования научного метода, до тех пор будут продолжаться любительские дискуссии об «угрозе вакцинаций», «уместность гомеопатии» и прочей эзотерике. Хочу ли я, чтобы мы вообще прекратили эти разговоры? Нет. Но я мечтаю о том, чтобы они перешли от уровня ссылок на теории заговора к современной научной дискуссии: «Есть ли статистическая разница в уровне заболевания аутизмом у вакцинированных и невакцинированных детей?», «Действительно ли гомеопатические препараты лучше плацебо?».

© Перевод с украинского Клиником.

Материал на украинском языке можно найти здесь. Оригинал статьи на сайте автора.

опубликовано 22/05/2015 13:43
обновлено 30/05/2015
Публицистика, Доказательная медицина, Организация здравоохранения

Комментарии

Для того чтобы оставить комментарий, пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Скачивайте наши приложения

Приложение Кроха