Авторы: Лукинов Глеб

(Четырнадцать картин из жизни Вильгельма Габсбурга, эрцгерцога)

Надпись на входе в музейный зал — Жизнь в картинах. Картин много, разного размера, смотреть нужно, идя по часовой стрелке от входа, но сразу бросается в глаза центральная, большого формата. Она притягивает глаза.

Двое военных что-то эмоционально объясняют третьему. Третий в центре, молодой, стройный, высокий. Чудная форма, вроде австрийская, начала ХХ века, но под мундиром отчётливо виднеется воротник вышитой украинской рубашки. Это и есть Вильгельм Габсбург Лотарингский. Почему в вышиванке? Почему у него растерянный вид? Почему знаком окружающий пейзаж? Неужели это остров Хортица на Днепре в Запорожье?..

Подпись: «Май 1918 года, Александровск (ныне Запорожье, Украина). Полковник Болбочан уговаривает Васыля Вышиваного возглавить восстание против гетмана Скоропадского и принять верховную власть в Украине».

Ничего не понятно. Какой Болбочан? Какой Васыль? Нужно смотреть картины как положено, по порядку.

Итак...

Картина первая

Мальчик с отцом управляют маленькой яхтой в Средиземном море. На море начинается шторм, небо заволокли свинцовые тучи, волны грозятся опрокинуть судёнышко... Вильгельму тут всего одиннадцать лет, они с отцом бесстрашно и ловко справляются с мудрёными снастями. Отец — троюродный брат славного короля всей Австро-Венгрии Франца-Иосифа, воспитывает сына не изнеженным принцем, а в строгости. Мальчик показывает успехи в физических упражнениях, управлении лодками, на лету схватывает языки — кроме родного немецкого ещё итальянский, английский и французский.

Подпись: «1906, Далмация (ныне Хорватия). Карл-Стефан Габсбург с сыном Вильгельмом управляют яхтой в непогоду».

Картина вторая

Огромный зал в средневековом замке, на полу медвежья шкура, горит огонь во внушительных размеров камине. Семья вокруг стола. Трапеза уже закончилась, слуги убрали приборы. Приехал родственник, крупный энергичный усатый мужчина. Вильгельм смотрит на него во все глаза. Тот разложил на столе карту империи и увлечённо что-то рассказывает. Отец сначала недоверчиво качает головой, потом постепенно увлекается. Родственник предлагает фантастическую, попросту революционную идею — преобразовать Австро-Венгрию в Соединённые Штаты Европы, то есть конфедерацию из одиннадцати государств, которые будут жить в мире и согласии, по единым законам. Семья Габсбургов большая, хватит по королю на каждую страну. Отец давно любит Польшу, даже переехал два года назад с семьёю сюда, выдал дочерей за Чарторыйского да за Радзивилла. Польский язык красивый, непривычный, подросший Вильгельм уже свободно на нём говорит. Выучил, общаясь с польской шляхтой, которую как магнит притягивали в их замок красота дочерей да фамилия.

Усатый манит Вильгельма и указывает толстым пальцем. Вильгельм читает напечатанное Lemberg и чернильную запись рядом Ost-Galizien. Это какой же язык снова учить прикажете, восточно-галицийский?

Подпись: «1908, Живец (ныне — Польша), наследник императорского престола, эрцгерцог Франц Фердинанд проведывает родственников в Силезии, Западная Галиция».

Картина третья

Восхитительная красота высоких гор и широких долин Галиции. Заросшие непроходимыми зелёными лесами склоны, глубокие овраги, синее-синее небо... Вильгельму семнадцать, впереди учёба в австрийской военной академии. Он, член императорской семьи, уже сорок дней путешествует (инкогнито, конечно) по этой красивой земле. В заплечном мешке у него не только личные вещи, но и книги. Тогда, в польском Живце, все знакомые поляки наперебой бросились жалеть да причитать, каким ужасным районом в будущем предстоит управлять Вильгельму. Мол, живут там страшные бандиты и головорезы, имя им «русины», или «опрышки». Сколько они бедным полякам вреда причинили — не перечесть. Вильгельм заинтересовался, перечитал всего Сенкевича, но это только добавило вопросов. Поляки же всё карту с пометками эрцгерцога Фердинанда вертели, причмокивали. Как-то мало им для великой Польши места выделили, какая-то Западная Галиция с Краковом, анклав в Лемберге, да и всё. И Восточная Галиция наша, говорили они, и земли, в России которые, и вообще, «от можа до можа, и Кыйов».

А Вильгельм слушал, а интерес в нём рос и рос. К этому возрасту он успел весь мир посмотреть, Европу — это понятно, далёкие Африку да Америку. А тут, оказывается, под боком какие-то люди живут, которых гордые поляки боятся, аж зубы сводит. Интересно это. Вот и ходит он по горам да деревням, слушает людей, общается. Чудо, язык певучий, он уже всё лучше и лучше на нём говорит, изъясняется. Оказывается, это целый самобытный народ, с историей, культурой и литературой, вот, взял прочитать книгу местного писателя, Ивана Франко. Спасибо, дядя Франц организовал даже в парламенте представительство русинов, или украинцев, как некоторые из них себя называли. Ничего, скоро Франц Фердинанд станет императором, пойдут реформы, о которых можно только мечтать, наступит мир и счастье... Изменило Вильгельма это пешее путешествие. Влюбился он. В Украину влюбился.

Подпись: «1913, Ворохта, окрестности Станислава (ныне — Ивано-Франковская область, Украина). Вильгельм Габсбург на лесной прогулке»

Картина четвёртая

Военная академия, камера гауптвахты. Вильгельм сидит на полу, на соломенном тюфяке. У него книги, это разрешено. Ницше, Каутский и прочитанная уже три раза «История Украины» Грушевского. Угодил сюда за то, что ночью решил покатать друзей вокруг казарм на учебном авто. Приговор — 27 дней. Однако ему уже не весело. Утром пришло известие, что в Сараево убили дядю, эрцгерцога Фердинанда. Якобы русские надоумили сербов сделать это. Им никак нельзя было допустить существования Соединённых Штатов Европы, у них свой, ордынский, панславизм. Сама идея украинства, «мазепинства», как говорили великоросы, опаснее для Российской империи больше, чем все остальные национальные движения, вместе взятые. Еще пару лет назад россияне указывали на недопустимость создания в Галиции Украинского национального государства, ибо это будет ужасным примером для Киева и всей Надднепрянщины, а главное — угрозой для их империи. И вот Фердинанда застрелили... Что же теперь будет?...

Подпись: «1914 год, Военная академия, Виннер-Нойштадт. Дисциплина не знает исключений»

Картина пятая, батальная

Дым, взрывы, выстрелы, грохот канонады, крики азарта, боли и отчаяния. Вильгельм в самой гуще сражения. Он, хоть и едва перевалило за двадцать лет, ведёт себя как опытный офицер. Его сотня улан воюет отлично, вся набрана из украинцев, причём изодного района, окрестностей Львова (Вильгельм знает — так на самом деле правильно называется Лемберг). У эрцгерцога Вильгельма уже есть боевые награды. Солдаты любят его. Они удивлены и тронуты, что он, родственник императора, говорит по-украински, носит на одежде сине-желтую ленточку, защищает их перед офицерами-поляками. Скоро должно подойти подкрепление — Украинские Сечовые Стрельцы, одно из самых дисциплинированных и боеспособных подразделений австрийской армии. А пока... Солдаты на войне всегда покажут командиру приязнь, если он заслуживает. Они подарили ему вышиванку, то есть белую украинскую вышитую красными узорами рубашку, и назвали Васыль. Василь Вышиваный. Однако некогда сентиментальничать, враг идёт на прорыв. Разведка доносит, что неприятель (чудо!) тоже сформировал целый корпус из украинцев, и командует ими кавалергард, наследник древней фамилии, встречавшейся во время исторических штудий, Павел Скоропадский, а с ним — удивительной военной удачи некий полковник Болбочан. Не иначе, россияне тоже хотят сыграть на национальном чувстве? Странно. Очень странно.

Подпись: «1915, Буковина (ныне — Украина), Вильгельм Габсбург, которого солдаты прозвали Васыль Вышиваный, а поляки — Красный герцог, командует отражением вражеской атаки, за что впоследствии получает награду — Прусский железный крест».

Картина шестая

Переговоры в Бресте идут полным ходом. Многое изменилось за пару лет. В России революция и переворот, с их новым правительством можно говорить языком ультиматумов. Немцы создали какое-то чудовище, этих большевиков, выпустили, как доктор Франкенштейн своё творение, смогут ли контролировать? Светлая голова от Австро-Венгрии, граф Чернин. Он чех, много понимает. Слишком много земли присоединено, не переварить. Нужно срочно нарезать новую карту Европы, Вильгельм Габсбургский очень энергичен, он вникает во все детали переговоров, и в основном благодаря ему абсолютно новое государство — Украинская Народная Республика — подписывает мирный договор одной из первых, а по секретному протоколу получает статус коронного края и земель по эту сторону границы больше, чем даже рисовал Фердинанд — за счёт Польши, которая тоже получает территорию, но без Холмщины, без Львова, без Восточной Галиции. Поляки в бешенстве, но кто их слушает? Хотя стоит опасаться, они этого не забудут. Хорошо, что в Киев пойдёт оккупационный контингент немецкий, а не австрийский. Поляки из австрийской армии чудили бы там...

Подпись: «Начало 1918, Вильгельм Габсбург во время подписания Брестского мира (он же Хлебный мир, Brotfrieden)».

Картина седьмая

Васыль Вышиваный с Украинскими Сечовыми Стрельцами расположился возле Херсона. Они помогают местному населению, поддерживают порядок. Игнорируют приказы немецкого и австрийского командования по насильственным реквизициям продовольствия, предупреждают о карательных операциях других частей. Берлин и Вена считают, что Киев не выполняет свои обязательства. Поведение Вильгельма не понимают, о чём постоянно пишут. В Киеве заседает Центральна Рада во главе с Грушевским и Винниченко. Непонятную активность проявляет Павло Скоропадский, ведя какие-то свои переговоры с немцами и с украинскими крупными землевладельцами, от которых зависят поставки зерна.

Крым захвачен большевиками, немцы им больше не указ. Петро Болбочан, который совсем недавно сражался против Вильгельма, теперь союзник и единомышленник, выпросил тайный приказ, и внезапным решительным наскоком буквально влетел в Крым, опрокинул красные банды, взял Джанкой, потом через несколько дней и Симферополь. Отличный лихой командир.

Подпись: «Апрель 1918, Вильгельм Габсбург в степях Херсонщины радуется известиям про Крымский освободительный поход полковника Болбочана».

Картина восьмая, центральная, с неё мы начали наш рассказ

Всё снова изменилось. В Киеве переворот. Павло Скоропадский с немцами сместил Центральную Раду и провозгласил себя гетманом. Гетманом! Да ведь это прямой плагиат идеи Франца Фердинанда! Помнится, и митрополит Шептицкий высказывал в переписке подобные идеи. Полк Вильгельма перевели в Александровск, Екатеринославской губернии. В память о славном казацком прошлом, Вильгельм Габсбург переименовывает город в Запорожье. На очереди — изменить название Екатеринослава на Сичеслав, в память о десятках крепостей этого края — сичей. Однако некогда. Немцы через гетмана передали Болбочану в Крым ультиматум — немедленно вернуться в Киев. У них своя игра, свои договорённости. Реквизиции зерна усилились. Власть гетмана только в Киеве и крупных городах, сельское население — категорически против.

Перед Вильгельмом стоит Болбочан и криком кричит, умоляет возглавить поход на Киев. Вильгельм сейчас — начальник гарнизона Запорожья. Но достоин, конечно же, большего. У Вильгельма — имя. Его знают в Украине, за ним пойдёт народ. У Болбочана тоже имя, у него закалённые в боях солдаты. Немцев мало, с севера через пару месяцев начнут наступать большевики. Их зверства Киев помнит, Болбочан тогда первым входил в город.

Вильгельм растерянно молчит. Вроде вот она, Украинская корона, какая есть, реальная, не из подростковых фантазий. Протяни руку — и она твоя. Киев, самый красивый город в мире... Вильгельм выпрямился, подумал, но сказал одно слово. «Нет».

Повторим подпись: «Май 1918 года, Александровск (ныне Запорожье, Украина). Полковник Петро Болбочан уговаривает Васыля Вышиваного возглавить восстание против гетмана Скоропадского и принять верховную власть в Украине».

Дальше картины как-то меньше размером, более блеклые,

Картина девятая, маленькая фотокарточка с еле различимыми фигурками

Скоропадский вместе с немцами долго думал, основал академию наук Украины, университет в Екатеринославе и много хорошего, но всё-таки склонился к созданию федерации с белым движением. Те, фанаты единой и неделимой, поддержали идею. Украинские силы были против, и вот произошёл Мотовиловский бой, где одни украинцы стреляли в других, причём и те, и те были сторонниками независимого государства. Гетман смещён, немцы уходят, власть берёт Директория во главе с Симоном Петлюрой. Вильгельм Габсбург их поддерживает, берётся помогать с международным признанием.

Полпись: «Мотовиловский бой, 1918».

Картина десятая

Полковник Болбочан получает от командования Директории два противоположного содержания приказа. Следом приходит приказ о его аресте за измену. Скорый суд, и Петро Болбочан, герой Первой мировой и Крымского похода, расстрелян.

Подпись: «28 июня 1919 года. Казнь патриота»

Картина одиннадцатая

Вильгельм Габсбург договаривается с равнодушными европейцами о чём-то, а тем временем Симон Петлюра заключает договор с Пилсудским. По этому документу вся Галичина (Восточная Галиция со Львовом) переходит к Польше. Вильгельм-Васыль в сердцах подаёт в отставку, возвращается в Вену и пише, не выбирая выражений, гневную статью, где слова «противоестественная связь» были самыми мягкими о Петлюре и Пилсудском. В ответ Карл-Стефан Габсбург, отец, большой любитель Польши, фактически отказывается от сына. Большевики вскоре захватили Украину. Польша дала на этот раз отпор. Украинские эмигрантские круги почему-то снова заговорили о короне для Вильгельма. Крайне неудачное время.

«Вильгельм Габсбург Лотарингский издаёт в Вене сборник своих стихов на украинском языке «Минають дні».

Картина двенадцатая

Мир снова катился в ад. Петлюру убили в Париже, якобы, в отместку за еврейские погромы, но понятно, что большевики. Сталин и Гитлер делили Европу. Вильгельм с недоверием прочитал о присоединении Западной Украины к УССР, посмотрел на карту. Пройдёт немного времени, война будет в разгаре, и будут поступать противоречивые сведения об убийствах мирного населения, украинцев и поляков. Его знакомый по Сечовым Стрельцам, герой Мотовиловского боя, Евген Коновалец, убит в Роттердаме ещё в 38-м. Но дело его живёт. А мясорубка войны закрутилась просто с ужасающей силой. Что же будет?...